Усадьба Шереметевых в селе Вощажникове





Усадьба в селе Вощажникове бывшего Ростовского уезда, ныне Борисоглебского района Ярославской области принадлежала графам Шереметевым на протяжении двух столетий. Первый владелец села генерал-фельдмаршал граф Борис Петрович Шереметев получил его за Полтавское сражение от царя Петра I в 1709 году. С тех пор имение не выходило из рук этого рода до 1918 года.
Общая композиция усадебного комплекса характерна для эпохи барокко. С большой долей вероятности можно утверждать, что при разбивке усадьбы в Вощажникове использовался один из «образцовых проектов загородных усадеб» разработанных в 1720-х годах известным архитектором Доменико Трезини. Эти проекты были предложены правительством к обязательному использованию при застройке пригородов Санкт-Петербурга, по реке Фонтанке. Среди тех, кому было назначено строиться здесь, были Шереметевы. Возможно при строительстве «Фонтанного дома» П.Б. Шереметев присмотрел один из проектов Трезини для усадьбы в Вощажникове. Анализируя планировку этой усадьбы можно видеть, что даже после внесения более поздних изменений она в основе своей композиции фактически идентична проектной.
Центральная композиционная ось пересекает усадьбу с запада на восток. На этой оси, отходящей от въездных ворот, располагались главный дом и пруд. Далее, ось проходит по центральной аллее парка и заканчивается на его восточной окраине. От въезда, к главному дому вела широкая аллея, возможно двухрядной посадки. На подступах к пруду она заканчивалась, а дорога, огибая пруд с двух сторон, подводила к центральному входу в дом – образуя курдонер. По обе стороны от въездной аллеи образовывались закрытые боскеты. В образцовом проекте, предложенном Д. Трезини, их пространство наполнялось рядовыми посадками древесных насаждений. Так же как и сейчас эти ряды могли быть выполнены из деревьев разных пород.
Пространство справа и слева от главного дома, а так же перед его восточным фасадом, было занято цветочным партером. По северной и южной границам этого участка располагались служебные строения, образуя «покой» развернутый в сторону парка. Далее на восток располагался регулярный липовый, парк. Центральная аллея делила его на две равные половины. В средней части аллея имеет круглое расширение, так называемую «зеленую залу», от которой расходились радиальные аллеи.
Из переписки Домовой канцелярии Шереметевых с Вощажниковским вотчинным правлением видно, что помещичьи палаты со службами строились в селе в 1737-39 годы. После пожара произошедшего в усадьбе в 1758 году, палаты были отремонтированы, а службы отстроены те же, на тех же местах «с небольшою добавкою». Кроме того, со стороны улицы и въезда была сделана железная ограда – «решетка и ворота». И это, видимо, был последний штрих в формировании комплекса. С остальных же сторон усадьбу, вероятно, окружала деревянная ограда.
Профессионально подготовленных садовников в Вощажникове, чтобы посадить и ухаживать за небольшим по площади парком, было более чем достаточно. Документы свидетельствуют, что некоторых крестьян Вощажниковской вотчины попеременно, на пол года, отправляли в Кусково на садовые работы и в учение садовому мастерству. Местные плотники и столяры кроме работы в усадьбе, заготавливали материалы для строительства сооружений в Кускове. Штукатуры, после отделки дома в Вощажникове, опять же были отправлены в Кусково. Фактически, усадьба в Вощажникове создавалась в те же годы что и ансамбль в Кусково и даже отчасти теми же мастерами.
Однако наиболее ранние из сохранившихся насаждений – липы центральной аллеи, по времени посадки относятся к концу XVIII века. Здесь можно предположить, что Н.П. Шереметев, подновляя уже израставшийся парк, просто заменил стареющие насаждения новыми, не изменяя планировки. И хотя в паркостроении во всю уже главенствует пейзажное направление, а Шереметевы как представители культурной элиты, своего рода законодатели моды в садовом искусстве, казалось бы, должны и в этом случае идти в ногу со временем, тем не менее, сохраняют небольшую регулярную усадьбу. Регулярные построения гораздо эффективней выполняли представительские функции и были менее затратны чем пейзажные. А необходимости создавать более значительный ансамбль не было. Комплекс вполне удовлетворял задачам, поставленным перед ним владельцами. Шереметевы использовали усадьбу как «охотничий домик» и приезжали в нее изредка.
Охота издревле была любимейшим развлечением богатых и знатных. Это для бедного она являлась способом добыть себе пропитание, а состоятельным предоставляла возможность показать свою удаль, ловкость, меткость стрельбы, а так же продемонстрировать свое состояние и принадлежность к касте избранных. «Будучи все преданы до чрезвычайности гоняться за зайцами, они хотели переспорить друг друга в том, кто из них в полном смысле охотник, и следовательно, и дворянин».
Наиболее состоятельные дворяне содержали огромные псарни и конюшни, предназначенные для охотничьих собак и лошадей, количество которых порой исчислялось сотнями. Дворянам победнее приходилось прикладывать усилия, чтобы их охотничьи своры состояли не менее чем из 50 собак, так как менее держать считалось зазорным.
Шереметевы представители старой русской дворянской элиты из поколения в поколение передавали страсть к этому развлечению. Со времени появления и на всем протяжении своего существования усадьба в селе Вощажникове использовалась владельцами как «охотничий домик». Хозяйство в ней было нацелено на обеспечение всех охотничьих потребностей владельцев: конюшни, псарни, склад рыболовных снастей, большой штат профессионально подготовленных псарей и конюхов, отдельные из которых для обучения и службы отправлялись в подмосковную усадьбу Шереметевых Кусково. Охотничья библиотека в доме к началу XX века достигала 2866 томов. Стены в комнатах украшали раскрашенные гравюры изображавшие промысловых птиц.
Дворянская охота была не простым добыванием пищи, это был целый ритуал знать и соблюдать который считалось долгом, особенно, в театрализованном до предела XVIII столетии. Все должно было быть учтено, приготовлено. Чтобы этот парад дворянского тщеславия ничем нарушаем не был. Для каждого вида охотничьей службы имелись свои должности среди дворовых: конюший со штатом конюхов, старшие псари, старшие ловчие со своим штатом и т.д. Вся дворня пеклась чтобы хозяйская утеха, любимое развлечение, ничем не было омрачено.
В сентябре 1775 года в Вощажникове ожидали приезда хозяина, графа Петра Борисовича, который намеревался поохотиться в окрестных лесах. Работа в усадьбе кипела в ожидании приезда барина. Все хозяйство срочно приспосабливалось для размещения огромной графской охоты и свиты. Еще в августе управляющий докладывал что к приезду Его Сиятельства все что было приказано приготовить – «хлебные припасы – мука, овес, солод, пиво и полпива, что велено было исправить, все исправлено и в покоях вашего сиятельства и в люцких флигелях, кухнях, в доме крестьянина Ивана Мауимова (видимо предназначенного для постоя сопровождающей графа дворни), все ж прибрано и вычищено и в зале перегородка сделана, дрова и уголья заготовлены».
Кроме того, в доме и усадьбе сделаны следующие работы: в погребах делались полки, везде укреплялись полы, чтобы не тряслись, конопатились оконные рамы, подновлялась штукатурка. К окнам делались железные затворы и к дверям задвижки со скобами, чистились зеркала и окна. Красили сами палаты, фонарные столбы, караульные будки, крыльца, желоба, белили плинтуса, дощечки на окошках. В палаты на окна были изготовлены занавесы из белого сукна и крашенины собранные резинками, украшенные тесьмой и гарусом нитяным. На пол шились подстилки. Перестирано было все платье. В кухне приводились в порядок конфорки. В кофейной делали очаг, в разных покоях делались двери, скамьи, в погребах ставни. Чинились «окончины стекольчатые» - в палатах, в «прикащиковых» и «люцких покоях» и на «псарнем дворе». К крыльцам были куплены новые фонари, старые отданы в починку. На ткацком и скотном дворах для псовой охоты делались заборы. Чинились решетки усадебных ворот. На «псарнем дворе», на избах чинили кровлю - настилали солому, делались будки, нужники, скамьи для людей. На «прикащикове» дворе для лошадей ясли, в конюшне пол. Делались колоды для дачи лошадям, собакам корму. Приводились в порядок коляски.
Были куплены: уголь, дрова, бочки для соления огурцов, для меда, пива, полпива, кислых щей, шайки для возки воды, ушаты, лохани – на погреб, на кухню, к кваснику, на «псарний двор», на конюшню, две пары щеток для чищенья полов. Да разных необходимых для жизни припасов: свечей сальных пять пудов, да простых 2 пуда, мыла пуд, бумаги писчей «стопу». 30 аршин холста отданы лекарю Даресию следившему за общим здоровьем.
Для прокормления огромной графской свиты и гостей предполагавших приехать с ним пеклись хлеба, для закупки продуктов и необходимого инвентаря к приезду графа были отосланы люди в Ростов, Ярославль, Углич, в Борисоглебский монастырь, в Юхотскую вотчину и другие места. В результате образовался довольно внушительный продуктовый запас - было приготовлено муки ржаной «на печение хлебов» 35 четвертей, да смолоченной в муку 12 четвертей «на дело кислых штей» (т.е. квасу). Овса 298 четвертей на корм лошадям и «псовой охоте», муки «крупичетой» 20 пудов, «пеклеваной» 20 пудов, круп «грешневых и овсяных» ок. 3,5 четвертей, меду 20 ф., изюму 10 ф., сахару 1 пуд, масла орехового ведро, масла постного 4 пуда 30 ф., лимонов свежих 40 шт., соленых 40 шт. Рыбы разной: свежей: стерледей 8 шт., судаков 10 шт., лещей 10, окуней 74, плотвы 205, язей 7, щук 9, белорыбица 1, осетр 1; соленой: белужина 10 пуд 22 ф., икры паюсной 40 ф., снетков 7 четвериков. Зелени и овощей заготовлено: «щерлоту, моерону, протулану, пусторнаку, кресону, шпинату, сельдерей, петрушки, крес-салату, шалфеи, щевелю, хрену, капусты, моркови, чесноку, луку, мяты» на 20 р. 58 к. Клюквы, яблок, огурцов, грибов свежих и сухих. Напитков: пива и полпива 79 ведер, вина белого да красного 13 ведер с половиной, да 25 бутылок, водки камфорной ведро, вина горячего 10 ведер. Да, кроме того, специально для Его Сиятельства графа Николая Петровича был куплен один четверик орехов, особенно их любившего.
 «Псовая охота» в Вощажниково из Москвы была отправлена заранее во главе со служителем Матвеем Черкасовым чтобы по прибытии графа с гостями суеты по размещению уже не было. Псари были обмундированы в кафтаны сермяжные суконные, и Шереметев следил за тем, чтобы они не сильно изнашивались, заменялись регулярно по истечении определенного срока.
Петр Борисович приехал с большой свитой, которую составляли: дворецкий Григорий Терехов, конюший Василий Раевский, ловчий Илья Хорев, кухмистер, псари, конюхи, служители и другие дворовые люди.
С Петром Борисовичем на охоту прибыли – его сын Николай и друзья Иван Алексеевич Долгоруков и Николай Иванович Одуевский.
Князь Иван Алексеевич сын Алексея Алексеевича Долгорукова, брата опального Ивана Алексеевича женатого на Наталье Борисовне Шереметевой, сестре Петра Борисовича Шереметева. Он был женат на Н.П. Сомомвой. Князь Николай Иванович Одуевский, надо полагать тот самый, что за содействие Екатерине II при ее восшествии на престол был произведен в полковники армии. Известный масон. Он был женат на княгине Елизавете Александровне Грузинской.
Можно себе представить как эти именитые вельможи, одетые в дорогие охотничьи наряды, на великолепных лошадях скакали через поля, перелески, рощи, на которые уже слегка легли краски осенней палитры. Сопровождаемые лаем собак, звуком рожков, гиканьем, шумом большой свиты добротно одетых, хорошо подготовленных охотничьих служителей – псарей, ловчих, выжлятников.
Еще одной заботой и развлечением Петра Борисовича была покупка собак для своей охотничьей своры и пополнения «псовой охоты» в своих подмосковных резиденциях. Так за время своего пребывания в Вощажникове он уговорился и купил у охотников села Заозерье Переславского уезда и переславского помещика Вельяминова 11 «выжловков» да 7 сучек, и кроме того у экономических крестьян села Некуса Угличского уезда 10 «выжловков» и 3 сучки. Всех купленных собак, как докладывал в последствии прикащик вощажниковской вотчины «наняв для отвозу их до Москвы семь подвод и дав в дорогу на покупку в корм тем собакам шкварин, на подогрев воды дров, и на постоялое четыре рубли послали за присмотром бываго псаря Герасима Княскова в Москву в дом вашего сиятельства».
Шереметевы приезжали на охоту в Вощажниково и до и после описываемых событий довольно часто проявляя заботу об обустройстве как самой усадьбы так и села. Так на их средства был возведен великолепный храмовый комплекс в центре Вощажникова состоящий из двух храмов приходских Рождества Богородицы и Св. Живоначальной Троицы, и храма кладбищенского, на окраине села, во имя Преображения Господня. Одно из преданий даже относит именно к этим местам встречу Николая Петровича Шереметева, приехавшего в очередной раз сюда поохотиться, с Прасковьей Ковалевой (Жемчуговой), якобы происходившей из села Уславцева Вощажниковской вотчины. Впрочем, Сергей Дмитриевич Шереметев, как известно, страстно увлекавшийся историей своей семьи, будучи последним владельцем Вощажникова, поставил на месте предполагаемой встречи пасшей скот Прасковьи и Николая Шереметева, небольшую часовню, от которой к сегодняшнему дню, к сожалению, сохранились лишь руины.
К середине XIX в. стареющий парк вновь требует кардинального вмешательства садовника. Видимо этим и объясняется появление в центральной аллее парка березы бородавчатой, которая разбила сплошные липовые ряды. К этому же времени, видимо, следует отнести и значительные изменения в планировке парка. Исчезают лучи диагональных аллей. Всю северную часть парка занимает плодовый сад. Южная часть превращается в большой открытый боскет. Часть которого, возможно, была занята строениями хозяйственного назначения и огородом.
Наиболее серьезные изменения были внесены в планировку усадьбы на рубеже XIXXX вв., при Сергее Дмитриевиче Шереметеве. В это время в паркостроении главенствует модерн. Хвойный парк и скверик, березовый парк, модные в это время разнопородные аллеи, введение «экзотов» в растительный ассортимент, выпуклые клумбы – все это, несомненно, дань ему. В районе подъездной дороги к дому и вокруг пруда, по воспоминаниям старожилов, в начале XX века, располагались цветники в виде рабаток и выпуклых многоярусных клумб. На них росли георгины, маки и другие цветы. В оформлении парадного въезда так же использовались кусты розы. За счет березового парка площадь усадьбы значительно расширяется. Но при всех этих перестройках, регулярная основа продолжает проступать и доминировать в планировке. В селе, попечением Сергея Дмитриевича, строятся здания больницы, богадельни, которые им были переданы земству.
В советские годы в усадьбе размещалась школа, но после пожара, уничтожившего главный дом, была переведена в другое здание. После разрушения усадебного дома строительный мусор был использован для засыпки чаши пруда. На их месте разбит сквер с памятником сельчанам погибшим во время войны 1941-1945 годов. Хозяйственные строения усадьбы не сохранились. Коровник, конюшни, каретный и молотильный сараи располагались в удалении от основного комплекса, в поле. Они эксплуатировались колхозом до обветшания и разрушения. Территория парка зарастает сорными растениями. Древесные насаждения выпиливаются жителями и гибнут от времени. А вместе с ними погибает редкий в провинции памятник садово-паркового искусства эпохи барокко.

Ойнас Дмитрий

Популярные сообщения